ВЕСТЬ ТРЕТЬЕГО АНГЕЛА 1893
31 октября Речь Томаса Моргана
«Верный свидетель не лжет, а свидетель ложный наговорит много лжи» (Пр. 14:5).
Другая речь, в которой Комитету было ярко представлено то, что они отказались услышать от меня, прозвучала из уст Томаса Моргана, рабочего из Чикаго. У него была заранее приготовленная речь, и он собирался прочитать ее. Но, выслушав выступления представителей некоторых церквей, он был настолько шокирован недостоверностью данных, что, когда вышел говорить, то забыл о том, что у него есть текст выступления, забыл о времени и обо всем остальном, и очнулся, только когда Председатель сказал ему, что его двадцать пять минут истекли. Я приведу текст его выступления:
Сообщив, кого он представляет, и что он является уполномоченным «от 375 трудовых организаций из всех малых и крупных городов Соединенных Штатов, в которых промышленность развита достаточно для того, чтобы продвигалось и поощрялось создание рабочих профсоюзов», а это охватывает на данный момент «тридцать три штата Союза», он сказал: «А теперь, господин Председатель, когда я сообщил о возложенной на меня ответственности, я хочу сказать, что стою перед Комитетом в великом смущении. Еще за два часа до того, как я сел на поезд, я не знал, что смогу выступать перед Комитетом. Я прибыл сюда вчера в одиннадцать вечера и, оказавшись в новом месте, в непривычных условиях, не мог заснуть. Кроме того, я приехал прямо от станка, вы видите (поднимая руки), что я рабочий. На моих руках мозоли и потертости, которые являются неотъемлемым условием ручного труда. У меня нет образования, чтобы стоять здесь, чтобы отвечать на возражения и представлять мое дело так же сильно и бегло, как это делают господа из оппозиции. Мое положение вынудило меня работать всю жизнь с девятилетнего возраста, без единого отпуска. Я был совершенно лишен возможности получить образование, если не учитывать часы, которые я урывал от сна.
Меня также смущает тот факт, что впервые в своей жизни я оказался в окружении множества друзей трудящихся, о существовании которых я раньше не знал. Я совершенно изумлен, как, впрочем, и обеспокоен, сделанными ими утверждениями. Они не только заявляют, что говорят от имени трудящихся Соединенных Штатов, но, что примечательно, они властным голосом выступают от имени моих соработников из Великобритании, откуда я родом. Более того, они употребляют имя человека, которого я, возможно, почитаю выше всех других, и ссылаются на авторитет этого источника в присутствии Комитета. Я говорю о Карле Марксе. Они также выступают от имени социальных демократов Германии. А теперь представьте мое удивление и смущение, когда я, будучи социальным демократом, англичанином, тесно связанным с движением реформы в этой стране, и в течение двадцати трех лет являясь активным борцом за реформу труда здесь, в Соединенных Штатах, вдруг оказался в присутствии этих защитников и друзей Карла Маркса, социальных демократов Англии и друзей реформы труда в Америке. (47) (Обращаясь к священнослужителям) Я безмерно сожалею, что не могу пожать вам руки в знак братской дружбы. Мне жаль, что я вынужден сказать: «О, спаси нас от наших друзей». Я обеспокоен необходимостью признать, что я здесь для того, чтобы доверенной мне властью полностью уничижить-ниспровергнуть-опровергнуть вас и обвинить в предоставлении ложных данных. (Проповедь 2 Где мы сейчас находимся?).