Евреи отрицают, что они не приняли Мессию. Отрицание евреями отвержения Мессии принимает две формы: (а) Ошибочное опознание: они утверждают, что Иисус из Назарета не был Мессией. Поэтому отвержение его не является серьезной ошибкой.
(б) Ошибочная ответственность: Христа распяли не евреи, а римляне (cf. Мах I. Dimont, Jews, God, and History, pp. 138-142).
Очевидно, что во многих из рассмотренных нами высказываний адвентистских писателей содержится схожая проблема: (а) Ошибочное опознание. Почти все авторы избегают упоминать тот факт, что послание 1888 года было началом позднего дождя и громкого клича. Практически без исключения они считают послание 1888 года «новым акцентом» на реформаторской доктрине 16 века об оправдании верой, которая совпадает с учением современных протестантских церквей.2
(б) Ошибочная ответственность. Утверждается, что послание отвергли, не принимали и негативно высказывались о нем всего лишь несколько незначительных личностей, большинство же покаялось, и в конце концов послание было принято ответственными руководителями церкви.
Доктор Фрум говорит, что интерпретации, данные событиям 1888 года А. В. Спалдингом и Л. Х. Кристианом, находятся «в полной гармонии» с фактами (op. cit., р. 268). Также и по мнению А. В. Олсена, Спалдинг представляет «полную правду» по этому вопросу (op.cit., р. 233). Такие оценки заметно расходятся с мнением Елены Уайт, но поскольку они пользуются сегодня единодушным одобрением, мы уделим им более пристальное внимание.
«Величайшим событием восьмидесятых годов для Адвентистов Седьмого Дня было восстановление и новое осознание основной доктрины христианства... В последнее десятилетие 19 века было заметно, что церковь через Евангелие возрастала и готовилась к выполнению миссии Бога... Церковь была разбужена этим животворящим посланием об оправдании верой». (A. W. Spalding, Captains of the Host, pp. 583, 602; 1949).
«1888 год является заметной вехой в истории церкви Адвентистов Седьмого Дня. Его можно сравнить с переходом через горный перевал, после которого открываются страны нового континента. Противники братьев, называющие себя реформаторами, пытаются сделать вывод, что на сессии мы потерпели поражение, в то время как правда состоит в том, что это была славная победа... Ею начинается новый период нашей деятельности - время пробуждения и спасения душ... Господь даровал Своему народу чудесную победу. Это было началом великого духовного пробуждения среди адвентистов... утренняя заря дня славы Адвентистской церкви... Плодом великого возрождения, начавшегося в Миннеаполисе в 1888 году, стала праведность и миссионерская деятельность» (L. H. Christian, The Fruitage of Spiritual Gifts, pp. 219, 223, 224, 237, 244, 245).
Отметим, что один из наших авторов невольно исполнил пророчество Христа, касающееся руководства Лаодикийской церкви. Он воспользовался тем самым словом, которое Христос вложил в уста «ангела церкви» (Откр. 3:14, 17), который заявляет, что он «богат и разбогател» через притворное принятие послания.
Было ли послание принято или отвергнуто? Разумеется, Кристиан не желает навесить ярлык «противника братьев» на известного президента Генеральной Конференции. Но логически А. Г. Даниэльс должен быть отнесен именно к этой категории, ибо он совершенно ясно заявляет, что события 1888 года означали «поражение» на пути продвижения дела Божьего. Его заявления полностью противоречат утверждениям упомянутых авторов.
«Послание о праведности во Христе... встретило противодействие со стороны честных и имеющих хорошие намерения мужей, служащих делу Божию! Послание (1888 года) никогда не было ни принято, ни провозглашено; оно не получило свободного распространения, как это следовало бы сделать, чтобы донести до церкви бывшие в нем безграничные благословения... Раскол и конфликт между руководителями церкви, вызванные оппозицией посланию о праведности во Христе, привели к весьма неблагоприятным последствиям. Простые люди были смущены и не знали, что делать... За оппозицией скрывались хитрые замыслы родоначальника зла... Какие ужасные последствия могла иметь любая его победа в борьбе с этой вестью!» (A. G. Daniells, Christ Our Righteousness, pp. 47, 50, 53, 54; 1926).
Отметим слово «поражение». Это антоним слова «победа». С начала и до конца книги Даниэльс настаивает на том, что пробуждения и принятия послания церковью не было. В 1926 году он полагал, что возрождение все еще дело будущего.
«Все эти годы (начиная с 1888-го) возрастала надежда и вера, что настанет день, в который послание о праведности через веру засияет во всей своей славе, достоинстве и силе и получит всеобщее признание» (ibid., р.43).
«Могущественное возрождение», которое, по словам других авторов, уже произошло, Даниэльс переносит в категорию того, «что могло случиться»: «Какое могущественное возрождение подлинного благочестия,... какое проявление божественной силы для завершения работы... могли бы произойти в народе Божьем, если бы все служители ушли с той Конференции с тем же духом, что и верный и покорный раб Господа (Елена Уайт)» (ibid., р. 47).
Рассуждая логически, Елена Уайт также должна быть подвергнута строгой христианской критике как «противник братьев», поскольку, согласно ее выводам, события, следующие за 1888 годом, были победой нашего врага. Она заявила, что «сатана сумел... в значительной мере» утаить послание от церкви и от всего мира (1 SM 234, 235; 1896).
А. Т. Джоунс, который смиренно шел вместе с Господом, тоже должен быть подвергнут такой же критике, и не только он, но и все делегаты сессии Генеральной Конференции 1893 года. И все же они были правы. Ни один из присутствовавших не осмелился перечить докладчику, потому что все знали, что он говорит правду: «Когда нам как народу было открыто послание о праведности Христа? (Один-два голоса из аудитории: «Три или четыре года тому назад»). Так сколько же, три? Или четыре? (Делегаты: «Четыре»). Да, четыре. Где это было? (Делегаты: «В Миннеаполисе»). Что же отвергли руководящие братья в Миннеаполисе? (Голос из зала: «Громкий клич»)... Что же отвергли братья в Миннеаполисе? Они отвергли поздний дождь и громкий клич из трехангельской вести». (GCB, 1893, р. 183).
В 1908 году Джоунс говорил о продолжавшейся уже «двадцать один год официальной оппозиции посланию Бога о праведности через веру»: «Сегодня должности президентов унионов, а также другие официальные должности в Генеральной Конференции занимают люди, которые с самого начала... и до сих пор противодействовали по каждому поводу, который только можно придумать, истине о праведности через веру, той правде, которая ясно изложена в Священном Писании. Я знаю об этом, потому что не раз эти люди останавливали и часами задерживали меня на пути правды» (A. T. Jones letter to R. S. Owen, February 20, 1908).3
Если бы «рядовые члены и служители церкви Адвентистов Седьмого Дня приняли то, что было представлено в Миннеаполисе», то разве не разумно было бы ожидать, что через несколько лет после этого Джоунс смог бы вспомнить хотя бы одного из них, кроме Елены Уайт? Через тринадцать лет после 1908 года он напишет: «Сейчас я не могу вспомнить никого, кто (кроме Елены Уайт, разумеется) открыто принял эту истину на собрании в 1888 году. Но позже многие говорили, что она им очень помогла. Один человек из Батл Крик заявил, после того как побывал на одной из встреч с доктором Ваггонером: «Сейчас мы бы могли сказать «аминь» после всего услышанного, но мы находимся в затруднении. Мы не знаем, что произойдет завтра. Если мы скажем «аминь» сегодня, то будем вынуждены признать и то, что будет в будущем»... Они лишили себя того, что их сердца подсказывали им, что есть истина. Борясь со своими вымыслами, они воспротивились тому, что надо было признать» (Letter to C. E. Holmes, May 12, 1921).
В том же письме Джоунс пишет, что «оппозиционерами были... все, кто поддался влиянию Генеральной Конференции».
Однажды Джоунс сказал, что «некоторые» приняли послание на Конференции в Миннеаполисе, «некоторые» отвергли его, а «некоторые» заняли промежуточную позицию (GCB 1893, р. 185). Приверженцы точки зрения, что весть была принята, поняли это высказывание так, будто все участники конференции разделились примерно на три равные части; но поскольку предполагается, что «многие» из первоначально отвергнувших или нейтральных затем покаялись, то выдвигается версия о том, что в конечном счете послание было принято подавляющим большинством. Продолжение свидетельства Джоунса содержит иное мнение: «Другие и приняли бы его, но поскольку дух преследований был силен, они, вместо того чтобы благородно и в страхе Божьем заявить, невзирая на критику: «Это правда Божья и я верю ей всей душой», - поддались давлению и, извиняясь, искали различные оправдания для тех, кто проповедовал истину».
Такая «бледная» или «слабая» позиция может считаться чем угодно, но только не принятием послания о праведности Христа! Те, кто следует за Христом, готовы умереть за Его правду.
Джоунс оставил после себя записи, отражающие его мнение по поводу так называемых «пробуждений всемирной церкви», последовавших за Конференцией 1888 года. Приведенный ниже отрывок из письма 1921 года цитируется в официально одобренной книге, поддерживающей точку зрения, согласно которой весть была принята: «Когда настало время лагерных сборов (после 1888 года), мы втроем (Елена Уайт, Ваггонер и он сам) посетили собрания верующих и проповедовали послание о праведности через веру... иногда на одном собрании были все трое. Это переменило отношение людей и, видимо, отношение руководителей». (Pease, By Faith Alane, p. 149).
Цитата в книге на этом обрывается. Но следующая же фраза Джоунса отвергает тезис о принятии: «Но последнее только казалось нам, это никогда не соответствовало действительности, поскольку среди членов Комитета Генеральной Конференции и среди других никогда не прекращался тайный антагонизм..., который в конце концов распространился на всю церковь».
Это письмо написано Джоунсом незадолго до его смерти. Оно проникнуто духом чистой преданности доктринам церкви Адвентистов Седьмого Дня и признания пророческого дара, которым была наделена Е. Уайт.
Не прошло и пяти лет, как А. Г. Даниэльс опубликовал свою точку зрения, которая по существу совпадает с мнением Джоунса: «Это послание никогда не было ни принято, ни провозглашено, никогда не получило свободного распространения, как это следовало бы сделать, чтобы донести до церкви бывшие в нем безграничные благословения». (Christ Our Righteousnes, р. 47; 1926).
Но мы не полагаемся только на оценку событий, данную Джоунсом и Даниэльсом. Существует еще одно свидетельство.