Так называемые "ошибки" посланников - не достаточная причина, чтобы отвергнуть их весть
Отрицание света теми, кого Бог избрал в качестве своих доверенных, всегда непростительно. Сегодня, когда прошло столько времени, мы не должны искать виновных, мы можем только констатировать факты. Братья, которые противились свету, искренне полагали, что поступают правильно, потому что посредники Божьи делали, как им казалось, ошибки. Господь совершал свою работу необычным способом, и это вызывало удивление братьев. Елена Уайт так описала происходящее, пользуясь будущим временем для выражения событий, происходящих в настоящем:
"В проявлении силы, освещающей землю своей славой, они увидят только то, что из-за слепоты покажется им опасным, то, что вызовет у них страх, и они восстанут против этого. Они воспротивятся работе Господа только потому, что Он не действует в согласии с их ожиданиями и представлениями" (RH Extra, December 23, 1890).
Еще раньше она точно указала на проблему, с которой сталкивались братья. Мы можем только сочувствовать им, ибо испытание было очень тяжелым:
"Я искренне желаю, чтобы каждый из вас был внимательным, выбирая свою позицию, и решил, стоит ли ему окутываться облаком неверия, если видит он несовершенства; вы замечаете одно слово или какую-то маленькую подробность, возможно, действительно существующую и по ним судите их (Джоунса и Ваггонера)... Вам же следует увидеть, что Господь работает через них; и признать, что Дух Божий проявляется в них. Если же вы выберете путь сопротивления, то поступите точно так же, как поступили евреи" (Sermon, March 9, 1890; MS. 2, 1890).
Самолюбие старших и более опытных братьев было задето тем, что Елена Уайт так решительно поддержала двух молодых и никому не известных людей, противопоставив их всему собранию служителей. Пастор А. Г. Даниэльс сказал позже, что ей пришлось выступить "практически в одиночку" против всей Генеральной Конференции (The Abiding Gift of Prophecy, p.369). Роберт В. Олсон сообщил Ежегодному Совету в Рио-де-Жанейро в 1986 году, что на сессии 1888 года ее "публично игнорировали" (Adventist Review, October 30, 1986). Если права была она, то это означало, что Бог прошел мимо руководителей церкви, и это их смущало:
"Те, кого Бог послал с вестью, всего лишь люди, но каков характер этого послания? Осмелитесь ли вы отвергнуть свет и предупреждения, если Бог не спросил у вас чему отдать предпочтение?" (RH May 27, 1890).
"Бог... дал вам возможность выступить в Его помощь при оружии и в полном оснащении... Но подготовились ли вы?... Вы сидели неподвижно и ничего не делали. Вы позволили слову Господа остаться без внимания; и теперь Господь берет мужей, которые были совсем молоды, когда вы уже выступали впереди войска, и дает им послание и поручение, которые вы не приняли на себя... Осудите ли вы их? Будете ли говорить: "Они не на своем месте?" Но вы же не находитесь на том месте, которое они теперь призваны занять" (ТМ 413).
Природа человеческая такова, что оппозиционеры всегда заняты поисками крючка, на который они могут повесить одежду своих сомнений. Но факт состоит в том, что посланцы Господа были "всего лишь людьми" взятыми по необходимости: "Те, кого направил Господь с посланием, были всего лишь людьми... Некоторые отвернулись от послания праведности Христа, чтобы осудить этих людей" (RH, December 27, 1890)
Обращаясь к тем, кто занимает ответственные посты, Елена Уайт спрашивала: "До каких пор вы будете ненавидеть, и презирать посланников Божьей праведности?" (ТМ 96).
Один из наших уважаемых авторов пытается доказать, что оппозиция 1888 года была оправданной. Обратите внимание на акцент, который он делает на "ошибки" Джоунса и Ваггонера. Он считает, что послание было отвергнуто по их вине. Тем самым он увековечивает предубеждения 1888 года и отводит стрелки часов на сто лет назад.
"Он (Джоунс) был не только резок от природы, но и отличался своеобразной речью, странными манерами... был иногда шумным и сам давал повод для неприятия...
Их возгласы (Джоунса и Ваггонера): "Христос - это все"... давали основание полагать, что они не были до конца освящены... (А кто освящен до конца? Здесь некорректно цитируется миссис Уайт, как поддержавшая идею о том, что Джоунс и Ваггонер внесли дух спора в "тот ужасный опыт конференции в Миннеаполисе").
Они настаивали на том, что для спасения нужна только вера... не были расположены спокойно обсудить точку зрения другой стороны... Не были полностью лишены самонадеянности и высокомерия...
В них незаметны были смирение и любовь, которые являются плодом праведности через веру... Экстремистская манера проповеди Джоунса и Ваггонера до сих пор заметна в мистических высказываниях тех, кто полагает, что вера значит все, а дела - ничего. ...
Они были несовершенными каналами... Оглядываясь назад на это противостояние, мы видим, что враждебность вызывалась личными качествами (Джоунса и Ваггонера) в гораздо большей степени, чем разницей в верованиях, именно это и вызывало трудности" (A. V. Spalding, Captains of the Host, pp.591-602).
Такова негативная оценка тех, кто были названы "посланниками Господа". Они действительно были "всего лишь людьми", но трудно понять, почему Бог выбрал для такой особой работы тех, кто были "несовершенными каналами", неосвященными и не очищенными от греха (по сравнению с другими), справедливо вызывали "неприятие" и "враждебность", были грубыми и "мистическими". Господь ненавидит дух самоправедности и придирчивости. У Джоунса и Ваггонера не было такого духа.
Это верно, что Елена Уайт упрекала А. Т. Джоунса за то, что он вспылил и был "излишне резок" с Урия Смитом в споре, состоявшемся перед сессией Конференции по поводу значения десяти рогов из книги Даниила. Несмотря на это, она поддерживала двух братьев, называя их "христианами" и "порядочными людьми". Она также довольно ясно дала понять, что действия многих из тех, кто им противостоял вовсе не были отмечены печатью "небесного доверия".
И сегодня некоторые авторы представляют Джоунса и Ваггонера так же, как это делали их противники в 1888 году. Но у "посланников" была решительная поддержка со стороны Елены Уайт. Верно и то, что через несколько лет после событий 1888 года они сбились с пути. Видимо, в этом и состоит причина того, что современные авторы считают их виновными в трагедии, случившейся в 1888 году. Но они неправильно трактуют факты.
Елена Уайт предсказала, что произойдут трагические события, если не прекратится противодействие посланию. В то же время, по ее словам, ошибки, совершенные посланниками после периода 1888-1896 годов, когда она оказывала им поддержку, не смогут обесценить их весть и служение (см.10 главу). Критиковать действия посланников" в том периоде, когда начинался громкий клич, означает поддерживать их оппонентов. Логически эта критика оправдывает тех, кто с презрением оттолкнул особое благословение пришедшее с небес. Просто поразительно, что сто лет спустя мы чувствуем в себе потребность обвинять посланников Господа в последствиях нашего собственного неверия.
Елена Уайт считала, что Джоунс и Ваггонер явили истинно христианский дух как во время, так и после Конференции в Миннеаполисе (свидетельства очевидца событий подтверждают ее суждения).
"Доктор Ваггонер проповедовал в простой и откровенной манере... Я уверена в том, что как христиане мы не должны питать чувства вражды, недружелюбия и предвзято относиться к Доктору Ваггонеру, который излагал свои взгляды просто и честно, как и подобает христианину... Я верю, что он был совершенно искренен в своих мнениях, и намерена уважать его чувства и доверять ему как христианину до тех пор, пока мне не докажут, что он не достоин доверия. Тот факт, что он честно придерживается некоторых взглядов на Священное Писание, отличающихся от ваших или моих, еще не является основанием, чтобы считать его отступником, опасным человеком и делать его объектом несправедливой критики" (MS. 15, 1888; Olson p.294).
Некий молодой служитель церкви, прибывший на собрание в Миннеаполис с предубеждением против Ваггонера, оставил запись о впечатлении, которое Ваггонер произвел на него:
"Будучи решительно настроен в пользу пастора Батлера и против Е. Дж. Ваггонера, я отправился на это собрание с предубеждением... С карандашом и записной книжкой в руках, я готов был услышать ересь и старался отыскать недостатки и ошибки во всем, что говорилось. Но как только пастор Ваггонер начал говорить, я увидел, что это сильно отличается от того, что я ожидал. К концу второй лекции я уже был готов допустить, что он старался быть честным и учтивым, и что в его манерах не было ничего от духа противостояния: он ничего не сказал также и об ожидаемой оппозиции. Очень скоро его манера говорить и Евангелие, которое он проповедовал, фактически изменили мое мнение и отношение, и я стал ревностным слушателем Истины ... В конце четвертой или пятой лекции пастора Ваггонера я был уже смиренным и кающимся грешником... ...После проведенных пастором Ваггонером одиннадцати занятий у многих в значительной мере пропал дух споров..." (C. McReynolds, "Experiences While at the General Conference in Minneapolis, Minn., in 1888." E. G. White Estate, D File, 189).
Елена Уайт даже защищала уверенную манеру проповеди и дух молодых посланников, борющихся с предрассудками:
"Появятся люди, которые будут иметь силу и дух пророка Илии, чтобы подготовить путь для второго пришествия Господа Иисуса Христа. Они выпрямят то, что было криво. Что-то нужно отбросить, что-то нужно построить (Ms.15, 1888; Olson, p.300).
Пусть никто не жалуется на слуг Господа, которые пришли с небесным посланием. Не ищите более в них плохое, говоря: "Они слишком уверенны, они используют слишком смелые выражения". Возможно, они так выражают свои мысли, но в этом действительно есть необходимость. Мы будем сгорать от стыда, если не станем внимать голосу и посланию Бога...
Служители, не оскорбляйте Господа и не огорчайте Святой Дух, бросая тень на пути и образ действия людей, которых Он избрал. Личность каждого известна Богу. Он знает и темперамент тех, кого избрал. Ему известно, что только честные, твердые, решительные люди с уравновешенным характером будут относиться к порученной им работе, как к жизненно важной, и вложат решимость и твердость в свои свидетельства, чтобы сломать барьеры, возведенные сатаной" (ТМ 410,412,413).
Современный историк описывает грубоватого и, вероятно, не получившего должного образования А. Т. Джоунса, как "возвышавшегося над остальными угловатого мужчину с прихрамывающей походкой и неуклюжими позами и жестами" (Spalding, op.cit., р.591). Елена Уайт видела его по-другому:
"Есть служители христианской церкви, которые не получили образования в колледже из-за невозможности обеспечить себе такое образование; но Господь отметил их своим избранием... Он превратил их в своих действенных сотрудников... Эти люди способны к учению; они чувствуют свою зависимость от Бога, и Святой Дух живет в них, помогая им преодолеть немощи... В их голосах слышится отзвук голоса Христа.
Очевидно, что этого человека сопровождает Бог, что он был с Иисусом и учился у Него. Он заложил истину в святилище души; истина для него живая реальность и он показывает ее нам в проявлениях Духа и силы. Люди слышат от него радостные слова. Бог обращается к их сердцам через человека посвященного... Его речь становится проникновенной. Он честен и откровенен, и те, ради кого он трудится, любят его... Его недостатки будут прощены и забыты. Те, кто слышит его, не устанут слушать и не будут возмущаться. Они возблагодарят Господа за слово милости, посланное через Своего слугу.
Они (оппоненты) могут держать атом своих возражений под увеличительным стеклом своего воображения до тех пор, пока он не увеличится до размеров Вселенной и не закроет для них драгоценный свет веры, сходящий с небес... Зачем уделять столько внимания кажущимся вам недостаткам посланника и в то же время отметать все доказательства, предоставленные Богом, чтобы склонить умы к уважению истины?" ("Christian Education", 1893, quoted in FE 242, 243; RH April 18, 1893).
Елена Уайт, будучи в респектабельном возрасте и имея богатый духовный опыт, сознавала свое высокое положение специального посланника Господа и считала за честь поддержать деятельность Джоунса и Ваггонера.
"Я переезжала с места на место, посещала собрания, где проповедовалось послание о праведности Христа. Я считала для себя честью находиться рядом с братьями и присоединять мое свидетельство к посланию для настоящего времени" (RH, March 18, 1890).